У кларнетистов есть end-all-be-all, исполнить-и-умереть-пройдите-к-стеночке: ля-мажорный концерт Моцарта KV 622 (написанный, впрочем, для бассет-кларнета; из печатной адаптации Breitkopf & Härtel убрано всё ниже "ми", а у бассета существовало нижнее "до"); именно его Гудмэн играл в жизни и в фильме, как ответ своему внутреннему чемберлену. Кстати, всей веселой компании, насколько я понимаю, Вульфи преподнес по такому личному презенту: флейтистам (KV 313), гобоистам (KV 314), фаготистам (KV 191, который кларнетисты у них, бедных, к тому же еще и таскают все время в транскрипции).
Для альта хоть и есть Моцарт, но он не является вершиной (то есть, теперь понятно, что Шнитке-Переслегин, а раньше что было? Хиндемит? Не Телеман же, он уж совсем простенький. Берлиоз, наверное). У дирижеров, если брать очевидное - "Ода к радости", или же какой-нибудь монструозный Малер.
Собственно, детали не очень важны, а фишка в том, что существует, похоже, для классических музыкантов Mensura Zoili (привет, 芥川龍之介), хоть и своя для каждого. И никак не могу я понять, это их возвышает или же, напротив, обессмысливает.