[a7sharp9]

Это все из той же серии, когда понятие "отвечать за свои слова/поступки" намертво ассоциируется с уголовным кодексом и больше ни с чем. Какой смысл обсуждать, есть ли тут криминал, и если есть, то должен ли он им считаться? Дело не в этом, а в том, что человек истерически профнепригоден; это настолько основа профессии, что там вообще дальше говорить не о чем. Ну, и еще он говно, но всех говн все равно не перечесть.

Те, кто "сами разберемся" - вы соучастники. Последние 15 (ну, хорошо, пусть 10) лет уже и так на вашей совести, а вы еще на нее продолжаете грузить. Она ведь треснет, даже у самых подготовленных.

А уж те (если; я, конечно, не могу внутрь головы залезть), кто тогда еще знал, кто стоял за "меморандумом" и что именно он призван был покрывать, и при этом активно защищали этот и сам-то по себе дурно пахнущий документ - у вас инопланетная этика. С лично моей тотально несовместимая.

С персональной точки зрения хочу отметить вот что. Я никому не давал согласия на то, чтобы декларируемые "традиции" Школы, подлежащие сохранению, и ее "репутация", подлежащая работе над, включали в себя вот это.

А с чисто практической - выбор (тогда, не сейчас) стоял между "а, это та школа, из которой со скандалом поперли учителя, спавшего с ученицами" и "а, это та школа, где считается нормальным, что учителя спят с ученицами". Считать, что он был в чем-то еще - безумие. То, что последствия этого выбора наступили так поздно - предмет дополнительного стыда. Сейчас выбирать уже не из чего. Имейте.

Comments

[asnat.livejournal.com]

Из интервью "Дождю":

Сагиева: Скажите, а в том расследовании, которое внутри школы проводили, в том опросе, вы говорите, что очень много тяжелых историй, а что говорили девушки? Почему они эту проблему ни с кем не обсуждали, почему они не выносили ее так долго?

Шапиро: Я спросила, почему ко мне никто не пришел? У нас не было жалоб, к администрации, видимо, никто из детей не приходил жаловаться. И вообще они не знали, на это жаловаться надо или гордиться тем, что их отличили. Это же очень сложные психологические всякие разные вопросы тут есть. То есть не то чтобы прямо в школу шли заявления, дети говорили, вот что с нами случилось.

Сагиева: О том и речь. Почему они молчали?

Шапиро: Знаете, это вопрос к психологам. Это вообще-то очень простая психологически ситуация, она описана много раз. Потому что трудно об этом говорить. Потому что они не сразу понимают, что это плохо, а не хорошо, например. Я спросила, почему ко мне никто не пришел? Мне так саркастически моя любимая ученица, я должна назвать ее имя, это Оля Николаенко, которая просто невероятной мощи человек, она теперь мой старший товарищ, несмотря на свои 25 лет. Она совершенно жесткой рукой привела эту ситуацию вот к такому результату, когда этого учителя в школе нет. И она говорила, вот как вы себе это представляете? Им же стыдно перед вами все это рассказывать, это же не то что бы какое-то человеческое насилие было, нет.

[ikadell.livejournal.com]

Очень хорошо сказал.