Дай мне напиться железнодорожной воды
Nov. 1st, 2005 05:53 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
a7sharp9Бенто 弁当 - упакованная японская пища, в количестве одной еды; открыть, съесть, забыть. Началась, говорят, в эпоху Камакура, когда путешественники брали с собой в котомку хоси-ии 糒, запаренный и высушенный рис (его можно было и так хрумкать, и быстро заварить кипятком в кашу); в эпоху Момояма уже появились сёкадо-бенто 松花堂弁当, лакированные коробочки, а ко времени Эдо народ фланировал с рисовыми колобками в бамбуковых вместилищах, привязанных к всё тому же поясу (腰弁当, бенто на талии).
Интересна (мне, по крайней мере) не она сама по себе, а то, что называется эки-бен 駅弁, вокзальное питание, и насколько эта культура идет вразрез с образом дорожной еды человека западного ("There is, for some reason, something especially grim about pubs near stations, a very particular kind of grubbiness, a special kind of pallor to the pork pies. Worse than the pork pies, though, are the sandwiches") и, тем более, нашего ("давно уж засохшая и в черных критических точках корейка из железнодорожного буфета и из того же, видно, буфета две порции шпрот на блюдечках с локомотивами"). Известна даже почему-то дата, когда на станции (Уцуномия, к северу от Токио километров на 100 примерно) впервые продали два онигири и маринованную редьку, обернутые в бамбуковые листья - 16 июля 1885 г., и с тех пор индустрия распиханных по отделениям деликатесов изощряется в том, чтобы бенто, купленный в Аомори, отражал местный колорит и никак не мог быть спутан с многоуровневой коробочкой из Нагаока, а Уэно-бен, за тысячу йен, выделялся скромным изяществом в сравнении с расточительством на соседнем Токио-эки, за тысячу шестьсот.
А в синкансэне, на ходу, подают универсальный, бесконфликтный, во всех отношениях усредненный куриный сэндвич. Он - всегда и никогда, везде и нигде, как неуловимо пролетающий мимо окна пейзаж.
Кстати: логотип японской железной дороги и слово "эки", вокзал.
Интересна (мне, по крайней мере) не она сама по себе, а то, что называется эки-бен 駅弁, вокзальное питание, и насколько эта культура идет вразрез с образом дорожной еды человека западного ("There is, for some reason, something especially grim about pubs near stations, a very particular kind of grubbiness, a special kind of pallor to the pork pies. Worse than the pork pies, though, are the sandwiches") и, тем более, нашего ("давно уж засохшая и в черных критических точках корейка из железнодорожного буфета и из того же, видно, буфета две порции шпрот на блюдечках с локомотивами"). Известна даже почему-то дата, когда на станции (Уцуномия, к северу от Токио километров на 100 примерно) впервые продали два онигири и маринованную редьку, обернутые в бамбуковые листья - 16 июля 1885 г., и с тех пор индустрия распиханных по отделениям деликатесов изощряется в том, чтобы бенто, купленный в Аомори, отражал местный колорит и никак не мог быть спутан с многоуровневой коробочкой из Нагаока, а Уэно-бен, за тысячу йен, выделялся скромным изяществом в сравнении с расточительством на соседнем Токио-эки, за тысячу шестьсот.
А в синкансэне, на ходу, подают универсальный, бесконфликтный, во всех отношениях усредненный куриный сэндвич. Он - всегда и никогда, везде и нигде, как неуловимо пролетающий мимо окна пейзаж.
Кстати: логотип японской железной дороги и слово "эки", вокзал.