(no subject)
Jan. 21st, 2008 10:01 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
a7sharp9Воннегут цитирует (скорее всего, вымышленного) художника по имени Джим Брукс, которого его герой относит к абстрактным экспрессионистам: "Я кладу первый мазок цвета. После этого холст должен взять на себя по меньшей мере половину работы". Вообще это, похоже, одна из его любимых идей; в предисловии к Jailbird он повторяет ее по отношению к процессу написания рассказа.
Я не знаю (могу только подозревать), так ли это с настоящим писательством - диктует ли, скажем, стихотворение само себя с какого-то момента. Но с переводами стихов это так совершенно однозначно: положив первый мазок, взяв первый аккорд (а у меня это, как правило, ровно две с половиной строчки - то есть, две полных строки и рифма к одной из них, причем не обязательно из начала), практически невозможно выйти из колеи, и если она заводит не туда, то исправлять что-то там и сям бесполезно - только выкидывать целыми кусками. Как в шахматах, наверное; а при очевидности первых ходов (скажем, искать альтернативу к "быть иль не быть" - выпендреж, to wit: "жизнь или смерть", или, еще хлеще - "жить иль не жить"; после 1. e4 c5 2. d4 cd играть 3. c3 - лучшее продолжение) настоящее развитие может начинаться дальше, и при обширности материала можно наработать целые пласты, прогнать дебюты до самого миттельшпиля, но все равно творить свою собственную партию, в которой так же нет смысла менять артикль в тринадцатой строке, как и перематывать назад и продвигать слона на одну клетку дальше на тринадцатом ходу, ожидая при этом, что рисунок игры не изменится к двадцать второму.
Это к тому, что по-прежнему непонятно, как над словом работают методично и последовательно (привет, безумный Гран). Какого-то там писателя (тоже француза, кажется) застали в отчаянии за столом, когда он нашел несколько правильных слов, но не имел никакого понятия, в каком порядке их расставить?
(То, что я продолжаю править и дополнять саму эту запись, ни о чем не говорит - это лишь потому, что появляются новые мысли, новые отростки на дереве, чего в случае перевода как раз по определению случаться не должно)
(Возвращаясь к началу: цитата эта в романе иллюстрирует эпизод, связанный с любовью-лишенной-глагола; это она, инициированная изначальным движением, прикосновением составленного из двух единого демиурга - еще одна идея, которая потом вырастет в Slapstick, - берет на себя даже не половину работы, а определяет события полностью)
Я не знаю (могу только подозревать), так ли это с настоящим писательством - диктует ли, скажем, стихотворение само себя с какого-то момента. Но с переводами стихов это так совершенно однозначно: положив первый мазок, взяв первый аккорд (а у меня это, как правило, ровно две с половиной строчки - то есть, две полных строки и рифма к одной из них, причем не обязательно из начала), практически невозможно выйти из колеи, и если она заводит не туда, то исправлять что-то там и сям бесполезно - только выкидывать целыми кусками. Как в шахматах, наверное; а при очевидности первых ходов (скажем, искать альтернативу к "быть иль не быть" - выпендреж, to wit: "жизнь или смерть", или, еще хлеще - "жить иль не жить"; после 1. e4 c5 2. d4 cd играть 3. c3 - лучшее продолжение) настоящее развитие может начинаться дальше, и при обширности материала можно наработать целые пласты, прогнать дебюты до самого миттельшпиля, но все равно творить свою собственную партию, в которой так же нет смысла менять артикль в тринадцатой строке, как и перематывать назад и продвигать слона на одну клетку дальше на тринадцатом ходу, ожидая при этом, что рисунок игры не изменится к двадцать второму.
Это к тому, что по-прежнему непонятно, как над словом работают методично и последовательно (привет, безумный Гран). Какого-то там писателя (тоже француза, кажется) застали в отчаянии за столом, когда он нашел несколько правильных слов, но не имел никакого понятия, в каком порядке их расставить?
(То, что я продолжаю править и дополнять саму эту запись, ни о чем не говорит - это лишь потому, что появляются новые мысли, новые отростки на дереве, чего в случае перевода как раз по определению случаться не должно)
(Возвращаясь к началу: цитата эта в романе иллюстрирует эпизод, связанный с любовью-лишенной-глагола; это она, инициированная изначальным движением, прикосновением составленного из двух единого демиурга - еще одна идея, которая потом вырастет в Slapstick, - берет на себя даже не половину работы, а определяет события полностью)